Аграрии, мастера и коммерсанты

Bookmark and Share


…Представителей той или иной национальной общины Одессы принято связывать с какими-либо сферами городской жизни. Например, едва речь заходит об «одесских» итальянцах, сразу же посещают мысли о плеяде выдающихся зодчих и оперных певцах, чья карьера связана с городом. Имена «одесских» греков чаще упоминают в связи с развитием торговли и мореплавания…

Что же касается приезжих немцев, то здесь, и не без оснований, укоренилось мнение об их решающем вкладе в сельское хозяйство региона. Но все ли здесь однозначно? Обратимся к началу управления городом выходцем из Франции Арманом Эмманюэлем Ришелье, проще говоря, Дюком. Герцог выполнял наказ Александра Первого, о чем сохранилось императорское письмо, датированное 30 января 1803 года, где четко сказано о необходимости увеличения населения Одессы путем «привлечения туда полезных иностранцев». Факт, что в числе таковых Дюк видел прежде всего выходцев из немецких земель, подтверждает, в частности, находка, сделанная в госархиве Одесской области. Были обнаружены сразу пятьдесят девять (!) писем герцога, охватывающих период с 9 марта 1803 по 9 августа 1811 года, адресованных чиновнику немецкого происхождения Самуилу Христиановичу Контениусу, ведавшему поселениями иностранцев на юге империи.
Строки писем, о которых веду речь, – причудливую смесь французского и немецкого языков, перемешанную русскими словечками, – сегодня цитируют не часто. Между тем послания на пожелтевшей бумаге восхитительны в плане жизненности картинок, иллюстрирующих все особенности и сложности обустройства немецких переселенцев, заботу о них выдающегося администратора… Случались курьезы, недоразумения. Так, среди прочего, легендарный Дюк сообщает о том, как на него «свалился словно с небес» некий господин Мюллер, закупивший на собственные деньги 1200 овец в Силезии. «Бедняга», по словам герцога, «думал найти здесь готовые земли, где следует только расположиться». Незадачливому немецкому переселенцу были предложены новые земли за казенный счет, но он предпочел купить территории за свои средства и только для себя. Кстати, если говорить о курьезах и исторических анекдотах, то с «одесскими» немцами их связано не так уж много. Наверное, потому, что такие качества, как расчетливость, пунктуальность, если хотите, тороватость, пусть подспудно, но вызывали у прочих одесситов уважение. Возможно, именно этих штрихов характера многим представителям других общин недоставало.
Пришельцам, отличавшимся хозяйской сметкой, трудолюбием и аскетизмом, были предоставлены невиданные прежде льготы – даны земли, которые, случалось, выкупал сам Ришелье, предоставлены финансовые субсидии; на десять лет их освобождали от всех налогов. Приезжие пользовались свободой вероисповедания. Известен факт обращения герцога к самому императору с просьбой прислать для немецких переселенцев пастора.

Сельское хозяйство края в кратчайшие сроки стало процветающим. Впечатляли достижения немцев в виноградарстве, садоводстве, животноводстве; во многом благодаря колонистам империя на десятилетия стала основным мировым экспортером пшеницы. Были акклиматизированы многочисленные растения, земледельческие культуры, которые здесь прежде не выращивались. Когда после отъезда Дюка на родину Александр Первый посетил южные края, то был настолько поражен «хозяйственным чудом», что немедленно наградил экс-управителя, ставшего к тому времени премьер-министром Франции, орденом Андрея Первозванного – высшей наградой империи.
Сельским хозяйством роль приглашенных не была ограничена. Изначально так решил сам Ришелье. Когда первыми прибыли 42 немецкие семьи, то все они, вместо освоения «целинных» земель, были оставлены герцогом в Одессе, поскольку оказались искусными мастерами. Кроме строителей, тогда же в городе появились квалифицированные мебельщики, сапожники, портные, шляпники…
Если же вернуться к теме застройки, то скажу, что благодаря выходцам из Германии были составлены подробные планы городской территории. Кстати, первая подобная «ласточка» увидела свет в 1892 году в Лейпциге. Карта была составлена немцами, в связи с чем историки упоминают фамилию некоего Беденера. Замечу, что широко известный план города землемера Дитерехса появился двумя годами спустя – к столетию Южной Пальмиры.
В течение долгих лет немцы вносили вклад в городское строительство. И не только как исполнители, но и как талантливые архитекторы. Зодчий Пауль Клейн – «отец» ряда особняков на Французском бульваре и сохранившегося ныне здания на улице Гоголя под восьмым номером, где до 1962 года размещался городской почтамт. Или работавший в Одессе Герман Швербренд, построивший в 1895 – 1897 годах кирху св. Павла – главный храм лютеранской общины, что на улице Новосельского. Иные технологии, примененные при строительстве, немцы заимствовали из далекого прошлого. Так, в раствор добавляли яичный белок, что намертво цементировало конструкцию. Даже в известные времена, когда храм стремились уничтожить чуждые вере люди, сделать это не удалось.
Кирха длительное время являлась культурным, социальным и религиозным центром немецкой общины в городе вплоть до ее закрытия Советами в тридцатые годы. Конечно, это отдельная большая тема, хотя невозможно не сказать о том, что сегодня историческая справедливость хотя бы отчасти восстановлена.
Отмечу вклад немецкой общины и в другие сферы. Выходцы из немецких земель владели в Одессе предприятиями, недвижимостью (например – гостиница Вагнера, где, к слову, располагалась одна из первых одесских пивных). Немецкие корни встречаем у чиновного люда, полицейского начальства, видных педагогов (функционировали немецкие учебные заведения), врачей. Увы, в условный перечень лиц, оставивших след в одесской истории, вполне можно занести и некоторые фамилии криминальных авторитетов.
А городская топонимика? Обратимся к первоначальным названиям одесских улиц. Новосельского? Когда-то – Колонистская. Нежинская? Та и вовсе изначально значилась Немецкой. Имелся и сохранился по сей день в Одессе и Лютеранский переулок. Перечень можно продолжить.
Сфера обслуживания? У всех на слуху громкие бренды прошлого – кафе Фанкони или бакалея Фогеля, о чем напоминают даже многочисленные фольклорные элементы вроде азартной биллиардной игры и сломанного в угаре азарта инвентаря. Но виден и «немецкий след». Например, семьи немецких кулинаров Голленфельдов, владевших сразу несколькими «ресторациями».
Или одесские фармацевты. Одна из первых в городе аптек, открытая в 1832 году, принадлежала немецкому аптекарю Карлу Вильбергу. Позднее она перешла во владение его земляка Генриха Кохлера и получила название «Фармацевтический магазин».
Не обошлось без немецких фамилий и в типографском деле – Шульц, Нитче. Появились издания, иные из которых по уровню полиграфии ничуть не уступают современным. Выходили и газеты на языке Гете и Шиллера. Самой заметной из них была открытая в 1862 году (ровно сто пятьдесят лет тому назад) «Одесская немецкая газета», разовый тираж которой достигал четырех тысяч экземпляров.
Немцы не могли не влиять и на формирование быта, уклада жизни, обычаев одесситов. Фигурально выражаясь, именно они научили одесситов многому, в том числе пить пиво. Первый пивоваренный завод в городе основал в 1862 году купец немецкого происхождения Якоб Фридрихович Ансельми (по другим версиям – Ансельм). Впоследствии пивную «эстафету» принял швейцарец, также с немецкими корнями, Фридрих Енни, купивший дело предшественника. Одним из компаньонов нового хозяина был Карл Вейсе. Эти люди, по большому счету, и научили Одессу пить пиво.
Подходы были основательны. Даже пробки на бутылках с продукцией немецких пивоваров были оригинальны – фаянсовые, с проволочным замком. Реклама по тем временам была, как сказали бы нынче, агрессивной. Пенный напиток одесского производства вскоре стал известен далеко за пределами города, возникли сорта «Царское», «Пильзенское», а на Одесской сельскохозяйственной выставке 1884 года производителя удостоили золотой медали. Одесса была мгновенно наполнена торговыми точками. Пивная идея под солнцем юга нашла благодатную почву. Не случайно, даже моряк-Костя из шлягера любил захаживать не куда-нибудь, а в пивную, где его приветствовали биндюжники. Правда, не каждый потребитель пива помнил, что для того, чтобы «держать фасон», надо знать меру.
Позднее имперскую известность обрела пивоваренная фирма, которой владел и управлял Вильгельм Санценбахер. Не лишне подчеркнуть, что деятельность пивных королей в городе не ограничивалась производством лишь пенного напитка. Тот же Санценбахер известен тем, что именно он стал инициатором и финансовым «мотором» основания цирка-варьете. Благодаря его усилиям здание цирка возвели в кратчайшие сроки, при этом железные конструкции выписывали из Германии. На ниве полезных дел, не связанных с пивом, не раз были отмечены и его предшественники – Енни и Вейсе, внесшие свой вклад как в культурную жизнь города, так и в дело образования, меценатства.
Затем настал черед большевиков. Пивная «стратегия», видимо, была для них актуальна. Профильные предприятия не только сохранились, но и в чем-то преуспели. Одесским пивом торговали не только в столице, но даже… во Владивостоке. В советские времена возникли новые предприятия, технологии, сорта. Хоть «Мартовское», хоть «Жигулевское». Немцы к этому отношения уже не имели.
Пора подвести итог. Бытие немецкой общины в городе в двадцатом веке фактически завершилось при советской власти по известным причинам. События, связанные с началом войны, выходят за пределы темы разговора. Немецкие названия в одночасье исчезли из городской и региональной топонимики. Канули в лету Либентали, Гюлдендорфы, Нейбурги, Иозефстали и прочие, разве что за исключением Люстдорфской дороги. Были уничтожены многие производства. Пиво, как уже сказано, при Советах осталось – «экспроприация экспроприаторов» была выборочной.
В нынешнем веке интерес к теме «немецкой» Одессы возрос во многом благодаря укреплению государственных связей Украины и Германии. Тема неисчерпаема, как тема любой другой одесской диаспоры. «Немецкая» Одесса в краеведческой литературе рассмотрена, на мой взгляд, недостаточно. Продолжение нашего разговора, надеюсь, последует при участии молодых, увлеченных исследователей.

Валентин ЗАЙКО.



Обсудить на форуме или в блоге